9.1

Политические процессы в государствах
Латинской Америки

Автор лекции
Виктория Анатольевна Корочкина
доцент, кандидат политических наук
В лекции, посвященной Латинской Америке, мы рассмотрим основные тенденции модернизационного процесса в регионе, а на семинарском занятии более подробно остановимся на отдельных государствах и аспектах политического процесса на южноамериканском континенте.
Латинская Америка
Собирательное наименование американских стран
и территорий южнее США.
Название «Латинская Америка» было введено французским императором Наполеоном III в качестве политического термина. Латинская Америка и Индокитай рассматривались тогда как территории в сфере особых национальных интересов Второй империи. Этот термин первоначально обозначал те части Америки, в которых разговаривают на романских языках, т.е. территории, населенные выходцами с Иберийского полуострова и Франции.

В Соединённых Штатах термин не использовался до 1890-х гг., а стал распространен только в начале XX в. До этого чаще использовался термин «Испанская Америка».

Последствиями колонизации являются искусственно созданные границы.
Введение в регион
В регионе 33 государства (из них 12 – в составе Содружества во главе с Великобританией), заморские департаменты Франции и Нидерландов и 1 островная территория, принадлежащая США (Пуэрто-Рико – «свободно присоединившееся к США государство»).

Население Латинской Америки – 570 млн. человек, что составляет 8,6 % населения всей планеты.

Национальный состав Латинской Америки – это европейцы, африканцы, мулаты, метисы, индейцы.

У коренных американских народов своеобразная траектория истории, свое «осевое» время, отличное от народов других континентов.

На территории латиноамериканских стран находят более всего в мире артефактов древнейших и высокоразвитых цивилизаций. Не случайно, Латинскую Америку обозначают как «зону высоких цивилизаций».

Континент разговаривает на следующих языках: в 18 странах – на испанском, в Бразилии – на португальском, в Гаити – на французском, в остальных – на английском.

В Латинской Америке сосуществуют католическая религия, атеизм (язычество) и антихристианство.

Форма правления всех стран региона – республиканский строй. Все страны, кроме одной, – президентские республики.

По административно-территориальному устройству государства унитарны, за исключением Бразилии, Мексики, Аргентины и Венесуэлы, которые являются федерациями. При этом Сент-Китс и Невис – федерации из двух небольших островов.

Куба – единственная из стран региона, относящаяся к числу социалистических государств.

Страны Латинской Америки (наряду с Африкой, Азией и Ближним и Средним Востоком) современной геополитикой причисляются к Третьему миру или «бедному Югу». Считается, что это территории, где много дешевых природных и человеческих ресурсов.
Богатый Север
Совокупность западной цивилизации, где главное внимание уделяется материальной, экономической стороне жизни.
Север богат прежде всего потому, что строит всю свою жизнь, систему на принципе максимальной выгоды, которую можно получить путем эксплуатации всех ресурсов (природных, экономических, финансовых и людских).

Однако за бедностью Юга часто скрывается духовное богатство: Китай, Индия, Россия, Исламский мир во многом противоположны в духовном плане Северу – «золотому миллиарду».

Термин «бедный Юг» появился во времена холодной войны, когда в качестве Первого мира выступали развитые страны Запада, а Второго – страны социалистической системы.

Третий мир, или «бедный Юг», имея духовные преимущества перед Севером, не может быть серьезной альтернативой агрессору с Севера, он может быть союзником какого-либо нового геополитического силового поля, способного перекроить планетарное пространство. В 70 – 80-х гг. XX в. такой геополитической силой был Второй мир, или лагерь социализма, но по ряду причин он потерпел поражение в холодной войне и был разрушен. Конец Второго мира значительно осложнил жизнь народов стран Африки и Латинской Америки.

На новую латиноамериканскую демократию и обычными гражданами, и представителями различных элит возлагаются огромные надежды.
«Демократия воспринимается латиноамериканским народом не только как желаемая форма политического устройства, но и как наиболее верный и рациональный путь становления и развития справедливого общества».

Гильермо О'Доннелл
аргентинский политолог
Но демократические транзиты конца ХХ в. ярко продемонстрировали, что падение авторитарных, а особенно тоталитарных режимов вовсе необязательно приводят к установлению тех или иных форм либеральной демократии. Особенности современного транзита в целом и в странах Латинской Америки в частности заключаются в том, что
он является процессом с «открытым финалом» и каждая страна на этом пути строит свое будущее, опираясь на достижения и преобразования настоящего. Тем более, что главное условие успешных демократических транзитов – никогда не считать демократию чем-то уже достигнутым.

По мнению того же признанного специалиста по Латинской Америке, Гильермо О'Доннелла, основной недостаток современных латиноамериканских демократий – их институциональная слабость и неспособность в полной мере выполнять посреднические функции между обществом и элитами.
Латиноамериканская демократия в транзите
За последние два десятилетия некоторыми государствами Латинской Америки (Уругвай, Чили, Коста-Рика) были достигнуты серьезные успехи в области укрепления демократии и перехода к гражданским и более прозрачным формам правления. Однако перспективы демократических транзитов в регионе в целом по-прежнему остаются противоречивыми. Современную ситуацию в странах Латинской Америки можно охарактеризовать таким понятием, как «параллельный» или «двойной транзит», поскольку в них происходят одновременные изменения и в экономике, и в политике. Так, в регионе наблюдается слияние процессов экономической и политической либерализации. В целом, можно сказать, что Латинская Америка встала на путь развития, который включает в себя и свободный рынок, и политическую демократию, однако в регионе по-прежнему существуют серьезные риски для развития экономики, установления всеобщего равенства, социальной справедливости и демократической консолидации.

Структурные реформы и политическая либерализация на пути к демократии и свободному рынку пока не являются гарантией решения самых насущных проблем региона: высокого уровня бедности, социальной несправедливости и растущего финансового неравенства населения во многих странах Латинской Америки.

Демократический транзит в регионе совпал с продвижением так называемого Вашингтонского консенсуса, который являл собой свод реформ, направленных на экономическое развитие, и который в конце XX в. был рекомендован руководством МВФ и Всемирного банка к применению в странах, испытывающих финансовый и экономический кризис. Однако неудовлетворительные результаты экономической и социальной политики за более чем два десятилетия структурных реформ сделали явными все недостатки Вашингтонского консенсуса.

Кризис национальной валюты песо в Мексике в 1994 г., движение сапатистов в Чиапасе (Мексика), повстанцы ФАРК в Колумбии, экономический кризис в Аргентине, а также политическая и экономическая нестабильность в ряде других латиноамериканских стран – все это поставило вопрос о том, что свободный рынок и демократический транзит – вещи, тесно связанные и даже неразделимые.

В большинстве стран региона последовательность была такова: экономическая либерализация следовала сразу же за переходом к демократии. Если политический режим не в состоянии реагировать на народные проблемы и жалобы, то такая ситуация может привести к росту абсолютно недемократических тенденций. Сохраняются шансы на то, что новые демократии в Латинской Америке будут стабильны лишь на время экономического процветания, а любые регрессивные процессы в экономике вернут демократию к популизму.

Но пока, имея за плечами долгую историю авторитарного правления и плановой экономики, Латинская Америка живет под лозунгом демократии и рыночной экономики. За всю свою историю в Латинской Америке никогда раньше не было властей, избранных конституционным путем на всеобщих равных выборах, властей, которые к тому же поддерживают рыночную экономику.

Сегодняшнее сочетание свободной политики и свободного рынка действительно беспрецедентно для региона. Но угроза остается: любой успех или провал в экономической сфере неизбежно отображается на политической сфере, и наоборот. Таким образом, продвижение основ рыночной экономики в Латинской Америке часто неотделимо от установления стабильной демократии.

Made on
Tilda