Форсайт образования 2035

Взгляд в будущее образования в 2035 год
1
Сфера образования должна развиваться
гораздо активнее, чтобы успевать за быстро меняющимся миром
В образовании настает эпоха радикальных изменений. Очень долго эта сфера могла позволить себе быть максимально иммунной к изменениям в обществе – так, что за ней закрепилась репутация одной из наиболее консервативных областей человеческой деятельности, но теперь ситуация меняется. Ближайшее двадцатилетие будет эпохой самых радикальных перемен в образовании – возможно, с момента, когда начали создаваться национальные образовательные системы. И основным источником этих перемен будет не сама система образования, а смежные с ней отрасли и технологии, приходящие вместе со сменой технологического уклада.

Сфера образования должна развиваться гораздо активнее, чтобы успевать за быстро меняющимся миром. Однако, масштабные инновации в образовании происходят нечасто – за последнюю тысячу лет их было всего четыре:
  • Первая – появление в X–XII вв. в Европе университетов, ориентированных на трансляцию универсума знаний (Болонья, Париж).
  • Вторая – классно-урочная система, предложенная Яном Амосом Коменским в 1640-х годах и ставшая педагогической нормой для массового образования.
  • Третья – появление в XIX веке университетов исследовательского типа по модели Вильгельма фон Гумбольдта, предназначенных для генерации научных знаний и подготовки исследователей.
  • Четвертая – идея прагматичного образования и экспериментальный метод обучения, предложенный американским философом Джоном Дьюи на рубеже XIX-XX веков, который стал основой для развития проектного обучения и «активных методов» подготовки [1].

Тем более интересно наблюдать, как мир стоит на пороге новой волны инноваций, которая может серьезно изменить сложившийся «образовательный ландшафт». Одной из наиболее обсуждаемых публикаций последнего времени на эту тему стало эссе Майкла Барбера, Кейтелин Доннелли и Саад Ризви «Накануне схода лавины. Высшее образование и грядущая революция» [2]. Из отечественных работ особо стоит отметить доклад «Будущее образования: глобальная повестка», подготовленный Агентством стратегических инициатив, Московской школой управления «Сколково» и Сколтехом в рамках глобального форсайта образования до 2035 года [3]. Наш взгляд в будущее будет строиться на основании материалов форсайта «Будущее образования: глобальная повестка» и итогов собственных форсайт-сессий института, проводимых Управлением инновационного развития (в подразделении имеется сертифицированный модератор по методике rapid foresight). Cписок использованной литературы опубликован в конце.
2
Влияние формирующегося шестого технологического уклада на экономику, общество и жизнь человека
Прежде чем перейти к обсуждению трендов развития образования, необходимо обозначить влияние формирующегося шестого технологического уклада на экономику, общество и жизнь человека. Почему это важно? В условиях перехода к новому технологическому укладу предельно актуализируется роль человеческого капитала. Это связано с тем, что человеческий капитал является системообразующим элементом новой экономики, основанной на знаниях. Главной особенностью новых технологических укладов становится их непосредственное воздействие на когнитивные и креативные способности человека, создание и эффективное использование новых научных знаний. Происходит формирование человека с разносторонними социальными и интеллектуальными потребностями, с новыми возможностями и качествами, которые должна обеспечить обновленная система образования.

Экспоненциальное развитие новых технологий ведет к качественному перерождению общества, экономики и человека. Глобальность экономики и общества требует скорейшей трансформации институтов управления. К настоящему времени произошло накопление критической массы технологий и методов деятельности, подразумевающих изменение технологического уклада:
  • индивидуализированное, распределенное, роботизированное производство, формирующее рынки труда, а не зависящее от них, чувствительное к рынкам сбыта;
  • уход от иерархических к распределенно-сетевым принципам в коммуникациях, политике, торговле, управлении, логистике, финансах;
  • экономика аренды, а не владения (sharing economy) в транспорте, жилье, дорогом имуществе;
  • резкое увеличение продолжительности и качества жизни в развитых странах;
  • резкое увеличение глубины коммуникаций и взаимодействия, стирание языковых и культурных барьеров;
  • формирование новой ключевой субъектности: от товаров и вещей к впечатлениям и переживаниям, стирание грани между обладанием и переживанием обладания;
  • резкое изменение структуры потребляемых и востребованных ресурсов в промышленности и энергетике (в пользу возобновляемых).
Иллюстрация из сборника: Вызов 2035 / Агамирзян И.Р. и др.; Сост. Буров В.В. – М.: Издательство «Олимп–Бизнес», 2016.
Заметим, что в существенной мере все эти явления – результат технологического развития и влияния новых технологий на классические институты. Происходящая деформация столь значительна, что вызывает неизбежный пересмотр всех действующих ныне институтов – фактически формирование нового общественного уклада. В связи с этим, можно выделить следующие основные тренды развития экономики и общества.

Ключевые рынки и инструменты:
  • Образование и социальная структура: снятие статусных барьеров на доступ к современному технологическому и общественному укладу – слом системы иерархического образования, переход к сетевому и кластерному, кризис системы социальных лифтов.
  • Транспорт: снятие географических и имущественных барьеров в отношении доступности товаров и услуг – снижение различий качества и доступности товаров между мегаполисами и распределенными центрами, от урбанизации к субурбанизации, а от нее – к деурбанизации.
  • Здоровье: качественное смещение барьеров продолжительности жизни, снижение или снятие имущественных и статусных барьеров в достижении качества жизни, а также чувствительности к типам поселений (деурбанизация).
  • Безопасность: рост барьеров для неконвенциональной деятельности – увеличение тотальности контроля, превентивный правопорядок.
  • Информация: резкий рост объема требуемой, передаваемой и перерабатываемой информации – гибридизация человеческой и машинной информационной среды.
  • Торговля: смещение фокуса на предоставление прав пользования, а не продажу; как следствие, повышение значимости сервиса – возврат от финансово-промышленных групп к финансово-торговым.
  • Энергетика: распределенно-сетевая, основанная на микроэнергетике и возобновляемых источниках.
  • Финансовый: все большее смещение от денег как эквивалента стоимости товара к деньгам как эквиваленту стоимости владения и энергии.

Система распределения населения и производственных сил:
  • Население (пространство): переход от мегаполисов к специализированным технокластерам и агломерациям с распределенной системой проживания (от системы поселений город-пригород-деревня к реальным агломерациям на базе университетских, промышленных и торгово-развлекательных центров).
  • Население (возраст): резкое увеличение доли представителей старшего поколения, фокусировка образования и сервиса на продлении активного периода жизни, включение пожилых людей в производственные цепочки и рост сферы услуг для пожилых.
  • Производство: переход от промышленных комплексов к зонам концентрации технологических компаний с родственной инфраструктурой, распределенное автономизированное производство рядом с местами потребления.
  • Энергетика: ставка на распределенную и индивидуальную генерацию и умные сети, резкий рост энерговооруженности техники и человека, персонализированная торговля энергией (продажа и потребление).
  • Транспорт и логистика: глобальные товарные потоки сводятся преимущественно к компонентам и материалам, локальные – к товарам и услугам; увеличение веса микротранспорта (товарного и пассажирского) по сравнению с крупным.

Идеологические и политические тенденции:
  • Отказ в потребительском поведении от обладания в пользу впечатления (ценность переживания выше ценности обладания).
  • Отход от национально-культурных идентичностей в пользу глобально-сетевых (глобальная сословная структура).
  • Рост борьбы между вертикальными (национальными) и глобально-сетевыми принципами интеграции и их инфраструктурами.
  • Формирование синтетических постнациональных глобализированных культур, их конкуренция между собой (от доминирования американо-европейской к рынку глобальных культур).
  • Отказ от стремления к однозначному социальному отождествлению с крупными сообществами в пользу множественности отождествлений с микрогруппами («уникальность»).

Такие изменения несут в себе угрозу для сохранения подлинного суверенитета общества и государства в лице глобальных корпораций, с одной стороны, и неформальных сетевых структур – с другой. Сохранение суверенитета общества и государства станет почти столь же сложным делом, каким сегодня является сохранение суверенитета личностей перед мощным давлением со стороны всепроникающих СМИ и глобальных информационных структур. Решение этой задачи потребует того, чтобы Россия, во-первых, стала успешным игроком на поле технологического развития, найдя свою собственную нишу; во-вторых, став успешным и сильным игроком, смогла сформировать собственные, оригинально российские, ответы на ключевые вызовы будущего, в первую очередь вызовы гуманитарного, антропологического характера [4].
3
Какие тренды определяют будущее образования
уже сегодня, о каких изменениях мы можем
говорить с большой уверенностью
Существует несколько причин, почему современные исследователи образования уделяют большое внимание технологиям и технологическому укладу при обсуждении будущего образования. Во-первых, технологии и социальные практики неразрывно связаны. С древнейших времен до наших дней смена типа материальной культуры влияла на социальные практики, а они, в свою очередь, воздействовали на то, как люди думают и поступают. Своевременно созданные и успешно освоенные технологии оказывают радикальное воздействие на общественный уклад и приоритеты общества, а также на его конкурентоспособность. Во-вторых, по своей природе технологии индифферентны по отношению к социально-экономическим и культурным различиям. Единственное, что разделяет пользователей технологий – это стоимость доступа к этим технологиям. Если технология оказывается очень дешевой, то она становится по-настоящему объединяющей, демократизирующей, трансграничной и транскультурной. Современные информационные и телекоммуникационные технологии, в частности, можно смело относить к технологиям такого рода – их стоимость для отдельного пользователя невысока, что обеспечивает их высокое проникновение. В-третьих, массовой системе образования нужны массовые решения, которые позволят обучать большие группы пользователей новым навыкам и компетенциям без потери в качестве образования. Решить эту задачу могут только дешевые технологии, позволяющие «оторвать» содержание образования от его носителей, способные быстро и эффективно проникать в образовательный процесс и, благодаря этому, становиться массовыми.

На текущий момент важно понять, какие технологии будут оказывать влияние на базовые процессы в образовательной системе: передачу и усвоение знаний и навыков, фиксирование достижений, оценку качества обучения, формирование мотивации [3].

Для того, чтобы сформировать видение образования в 2035 году, необходимо придерживаться основных принципов форсайта, а именно:
  • Будущее зависит от прилагаемых усилий: его можно создать.
  • Будущее вариативно: оно не проистекает из прошлого, а зависит от решений участников и заинтересованных сторон.
  • Есть области, по отношению к которым можно строить прогнозы, но в целом будущее нельзя предсказать достоверно. Можно подготовиться к такому будущему, какое мы хотим видеть, или самим подготовить его.

Успешные прогнозы основаны на точном понимании того, какие мощные социальные и технологические процессы (тренды) в настоящем меняют окружающий нас мир, создавая наше будущее. Рассмотрим, какие тренды определяют будущее образования уже сегодня, и о каких изменениях мы можем говорить с большой уверенностью.
Тренд 1. Глобализация
Мировая экономика неизбежно будет двигаться в сторону все большей интеграции и углубления региональной экономической специализации. Поэтому работники будущего должны будут уметь работать в мультиязычных и мультикультурных средах, участвуя в общении с партнерами со всего мира. Значительная часть работников должна будет разбираться не только в вопросах собственной отрасли, но и в отраслях своих поставщиков и своих потребителей – то есть владеть языком междисциплинарного общения. Мир все более востребует навыки эмпатии, умения поставить себя на место другого, посмотреть на ситуацию его глазами. Развитие Массовых открытых онлайн курсов и MOOC-платформ запускает процесс новой глобализации в образовании. Типичной образовательной моделью для большинства высших учебных заведений мира станет «перевернутый» университет, в котором преподавание ведется через ведущие MOOC-платформы, а в самих университетах выполняются лабораторные работы, реализуются учебные проекты и происходит живое обсуждение.
Подробнее о глобализации...
Мировая экономика (и российская экономика как часть большого мира) неизбежно будет двигаться в сторону все большей интеграции и углубления региональной экономической специализации. Это значит, что уже сейчас нельзя сказать, в какой стране произведено то или иное сложное изделие, если автомобиль или компьютер сделан в Японии, то его компоненты поставляют три десятка стран мира, а нужное для их изготовления сырье – еще примерно сорок стран. Даже если взять творческий продукт вроде мультфильма – то уже сейчас его придумывают в Америке, рисуют в России, а трехмерную анимацию создают в Китае.

Поэтому работники будущего должны будут уметь работать в мультиязычных и мультикультурных средах, участвуя в общении с партнерами со всего мира. Часть этих партнеров и сотрудников будет находиться в других странах – значит, стандартом становится не просто удаленная работа (когда работник работает из дома, связываясь с коллегами через интернет), но и работа в распределенных командах (когда совместно работающие профессионалы могут находиться одновременно на нескольких континентах).

Помимо владения иностранным языком, надо будет уметь общаться на международных профессиональных языках – знать отраслевые требования, стандарты, используемые процессы. Кроме того, значительная часть работников должна будет разбираться не только в вопросах собственной отрасли, но и в отраслях своих поставщиков и своих потребителей – то есть владеть языком междисциплинарного общения, помогающим работать вместе людям из самых разных областей [5].

Реальный мир все более востребует навыки эмпатии, умения поставить себя на место другого, посмотреть на ситуацию его глазами. Это происходит в ответ на рост взаимодействий людей из разных культур, слоев общества, религий, регионов мира. Умение быстро адаптироваться в коллективе из представителей разных рас, работать в других странах становится важным конкурентным преимуществом. Можно ожидать, что специальные обучающие программы по развитию таких качеств будут все более востребованы.

Для жизни в условиях глобализации человеку необходимо умение работать в мультикультурных пространствах, глобальном обществе и экономике. Он должен понимать глобальные проблемы и взаимозависимости современного мира. Для достижения целей, связанных со всеобщим образованием, социальной мобильностью, социальной сплоченностью, борьбой с бедностью, а также для обеспечения устойчивого развития, необходимо внедрять обучение глобальным ценностям в учебные планы самых начальных образовательных ступеней.

В последние 30-40 лет происходит процесс глобализации образования (примерно с тем же темпом и по тем же сценариям, по которым страны включались в процесс финансово-экономической глобализации). Инструментами этого процесса являются программы унификации стандартов (Болонский процесс), международные олимпиады и программы тестирования, общемировое рейтингование университетов и школ, академические обмены и пр. Однако развитие Массовых открытых онлайн курсов (англ. Massive open online courses, сокр. MOOC) и MOOC-платформ (таких как Сoursera, edX, Открытое образование, Универсариум и пр.) запускает процесс новой глобализации.

MOOC-образование имеет ряд устойчивых конкурентных преимуществ, таких как высокая востребованность содержания, результативность процесса обучения, отработка новых подходов в онлайн-педагогике, доступ к возможностям ведущих университетов, а также возможности отбора лучших кадров со всего мира. MOOC-платформы могут предоставлять потенциальным работодателям информацию, которую крайне сложно получить в традиционном образовании. В частности, они легко могут документировать компетенции и качества студента, проявляемые в процессе (а не по результатам) обучения (ритмичность работы, способность соблюдать сроки, готовность сотрудничать и пр.) – и эти персональные паттерны обучения могут указывать работодателям на то, насколько студент пригоден для тех или иных позиций.

Несмотря на множество ограничений существующей модели MOOC, мы полагаем, что большинство этих проблем будут решены в ближайшие 3-5 лет, и что намерение лидирующих MOOC-платформ обучить миллиард студентов до конца 2010-х гг. будет достигнуто. Типичной образовательной моделью следующего десятилетия для большинства высших учебных заведений мира станет «перевернутый» университет, в котором преподавание ведется через ведущие MOOC-платформы, а в самих университетах выполняются лабораторные работы, реализуются учебные проекты и происходит живое обсуждение. Вокруг ведущих провайдеров онлайн-образования в мире будет сформировано не более 5-10 крупных альянсов, которые будут пропускать через себя основную массу онлайн-студентов. Кроме этого, несколько стран, претендующих на собственную образовательную повестку, попробуют сформировать собственные платформы онлайн-образования, как, например, Российская национальная платформа «Открытое образование» (openedu.ru) [3].
Тренд 2. Рост конкуренции в экономике
Развитие глобальной экономики создает все большую конкуренцию между производителями товаров и услуг. Высокая конкуренция требует от работника все лучшего понимания, что именно нужно потребителю – то есть учит быть клиентоориентированным. Растет спрос на работников, обладающих максимальной гибкостью и высокой креативностью, готовых к самостоятельному действию и командной работе, способных работать в разных культурах и с разными технологическими средами. Умение самому организовывать проекты становится критически важным. Все большему числу работников потребуется системное мышление – умение быстро понимать, как устроены сложные процессы, организации или механизмы. Следовательно, будет расти спрос, с одной стороны, на высокоскоростное образование, которое готовит работников под узкий круг задач для данного рабочего места в текущий момент. С другой стороны, все больше будет осознаваться потребность в моделях сквозного обучения на протяжении всей жизни, позволяющих обеспечивать постоянное развитие персонала в соответствии с меняющимся кругом задач.
Подробнее о росте конкуренции в экономике...
Развитие глобальной экономики создает все большую конкуренцию между производителями товаров и услуг. Это означает, что наиболее успешными оказываются в первую очередь компании, умеющие создавать новые продукты или услуги, быстро перестраиваться под запросы потребителя. Конкуренция между ними приводит к тому, что на рынке постоянно меняются правила игры – появляются новые продукты, которые вытесняют существующие и даже закрывают целые рынки (как автомобили вытеснили каретный транспорт, а мобильные телефоны заменили пейджеры).

Экономическая динамика в промышленно развитых странах, связанная с интенсификацией конкуренции, быстрой сменой технологий и повышением экономической неопределенности, задает спрос на новые типы компетенций и новые формы подготовки. Высокая конкуренция требует от работника все лучшего понимания, что именно нужно потребителю – то есть учит быть клиентоориентированным. С другой стороны – из-за постоянно происходящих в экономике изменений сокращается число рабочих мест, где можно заниматься одним и тем же делом всю жизнь (например, работа бухгалтера или продавца), и появляется все больше мест, где работа организована в виде набора разнообразных проектов. То есть, растет спрос на работников, обладающих максимальной гибкостью и высокой креативностью, готовых к самостоятельному действию и командной работе, способных работать в разных культурах и с разными технологическими средами. Умение самому организовывать проекты становится критически важным для большинства работников будущего.

Наконец, в «эпоху перемен» многим сотрудникам надо быть готовыми к работе в условиях высокой неопределенности – а значит, быстро принимать решения, реагировать на изменение условий работы, распределять и перераспределять ресурсы, управлять своим временем в условиях постоянно меняющегося потока рабочих задач. Следовательно, будет расти спрос, с одной стороны, на высокоскоростное образование, которое готовит работников под узкий круг задач для данного рабочего места в текущий момент. С другой стороны, все больше будет осознаваться потребность в моделях сквозного обучения на протяжении всей жизни (life-long learning), позволяющих обеспечивать постоянное развитие персонала в соответствии с меняющимся кругом задач.

Мир работы будущего – все более сложный, наполненный гибкими технологическими решениями, настраивающий на постоянную готовность к переменам – потребует все большего числа людей, способных не просто ориентироваться в нем,
но и эффективно управлять проектами, командами и целыми организациями. Для того, чтобы справляться с этой задачей, все большему числу работников потребуется системное мышление – умение быстро понимать, как устроены сложные процессы, организации или механизмы. Именно благодаря системному мышлению человек может быстро разобраться
в проблеме и найти решение, быстро включиться в новую для него область деятельности, а также донести свои идеи для людей из других отраслей или секторов. Таким образом, системное мышление – один из ключевых «надпрофессиональных» навыков, который потребуется большому числу технических специалистов и управленцев в самых разных областях [5].
Тренд 3. Автоматизация
Повсеместное распространение технологий автоматизации, в течение ближайших двадцати лет до 45% существующих рабочих мест в развитых странах будут заменены роботами и компьютерными программами. Люди будут должны заняться такой работой, которую автоматика выполнять не сможет. Значительная часть этой работы станет творческой – как следствие, способность к художественному творчеству будет становиться массовым явлением. Все больше профессий будет связано с совместной деятельностью в группах – люди меньше будут работать с механизмами и больше – с другими людьми. Мир будущего предполагает, что почти каждый из работников обладает, как минимум, простейшими навыками программирования. Постепенно размывается понятие локального рабочего места, руководитель в будущем должен обладать навыками работы с удаленными, распределенными командами. Развитие локальных систем производства (прежде всего 3D печати) сворачивает сложные производственные цепочки до настольных устройств и приближает их непосредственно к конечному пользователю. В ближайшее десятилетие из-за автоматизации неизбежно появление большого числа «лишних» людей, которые не нашли себе места в новых секторах экономики.
Подробнее об автоматизации...
Одно из самых важных изменений – повсеместное распространение технологий автоматизации. Понятно, что автоматизация ручного и даже интеллектуального труда началась давно (машины стали заменять людей в тяжелом ручном труде начиная с XVIII века, а уже в середине XX века компьютеры стали заменять расчетчиков). Но в последнее десятилетие этот процесс сильно ускорился – во-первых, потому что компьютеры массового пользования стали по-настоящему мощными и теперь способны выполнять работу, которую раньше мог выполнять только человек (скажем, идентифицировать преступников в толпе, распознавать раковую опухоль на томографическом снимке или писать новостные заметки), а во-вторых, потому что на глазах начинают дешеветь промышленные и домашние роботы. Автоматизация – требование глобальной конкуренции, о которой мы говорили выше, и она происходит в тех случаях, когда робот или программа оказывается производительнее или эффективнее, чем выполняющий ту же работу человек. По оценкам оксфордских исследователей из Martin School's Programme on the Impacts of Future Technology, в течение ближайших двадцати лет до 45% существующих рабочих мест в развитых странах будут заменены роботами
и компьютерными программами
.

Это не означает, что люди останутся совсем без работы – но они будут должны заняться такой работой, которую автоматика выполнять не сможет. Значительная часть этой работы станет творческой – как следствие, способность к художественному творчеству из удела одиночек-творцов будет становиться массовым явлением. Во-вторых, все больше профессий будет связано с совместной деятельностью в группах – люди меньше будут работать с механизмами и больше – с другими людьми. Поэтому одним из важных умений станет навык организации работы с отдельными людьми и коллективами.

В мире, насыщенном автоматикой, компьютеры и роботы должны стать нам не конкурентами, а помощниками. Поэтому нужно будет уметь настраивать роботов и системы искусственного интеллекта под выбранные человеком задачи. Компьютерная грамотность, как мы ее понимаем сейчас, – умение пользоваться интернет-браузером, отправить электронную почту или написать текст в текстовом редакторе – будет необходимым, но совершенно недостаточным для работы навыком. Мир будущего предполагает, что почти каждый из работников обладает, как минимум, простейшими навыками программирования (на самом деле, даже сейчас программирование начинает входить в стандартную подготовку рабочих в промышленно развитых странах, потому что большинство из них работают на программируемых станках с ЧПУ) [5].

Высокопроизводительный доступ к сети интернет становится стандартом не только для офиса или предприятия, но и для дома, присутственных мест и общественных зон. Постепенно размывается понятие локального рабочего места. Когда сотрудник нематериального производства приступает к работе, это необязательно связано с каким-то офисом или рабочим местом. Человек занимает свободное и устраивающее его место, открывает ноутбук, планшет или включает любое доступное средство отображения и обработки информации, и работает там, где ему удобнее. В связи с этим, руководитель
в будущем должен обладать соответствующими навыками работы с удаленными, распределенными командами.

Развитие локальных систем производства (прежде всего 3D печати) сворачивает сложные производственные цепочки экономики предыдущего уклада до настольных устройств и приближает их непосредственно к конечному пользователю. Это позволяет конечному потребителю непосредственно превращать собственные идеи в продукт – тем самым создавая возможности для повсеместного возрождения DIY-культуры (от англ. Do It Yourself – рус. пер. «сделай это сам») или «нового ремесленничества». «Новое ремесленничество» переосмысляет проблему разделения труда – специализация в сфере материального производства вторична, но есть глубокая специализация в сфере интеллектуального и творческого труда, опирающаяся на уникальное и аутентичное предложение продукта от производителя [4].

В ближайшее десятилетие из-за автоматизации неизбежно появление большого числа «лишних» людей, которые оказались недостаточно адаптивны и не нашли себе места в новых секторах экономики. Переход людей к новым правилам игры может быть во многом облегчен, если свою роль в качестве социального буфера сыграет образование. Образовательные институты должны превентивно подготовиться к данной трансформации.
Тренд 4. Рост требований к экологичности
Экологичность означает бережливое отношение к любым типам используемых природных ресурсов, а также сокращение объема производимых отходов. Навыки экологически ответственного поведения должны войти
в стандартную подготовку любого работника. Важными становятся компетенции, связанные с lean & green мышлением – экономически выгодной экологизацией или бережливым производством. Бережливое производство – это управление производственным процессом, основанное на постоянном стремлении к устранению всех видов потерь, что предполагает вовлечение в процесс оптимизации бизнеса каждого сотрудника и максимальную ориентацию на потребителя. Экологическое мышление, как модель ответственного отношения к природе, представляет собой частный случай ответственного глобального мышления, в рамках которого человек стремится взвешивать не только экологические, но и социальные и культурные последствия своих действий – поэтому в перспективе на этой основе ожидается переход к представлению об экологичности собственных действий вообще, а затем – к управлению экологией собственного сознания (осознанности).
Подробнее о росте требований к экологичности...
Еще одной очень важной тенденцией, которая уже получила широкое распространение в мире – и важность которой постепенно начинают осознавать в России – является рост требований к экологичности производимых товаров и оказываемых услуг. Экологичность означает бережливое отношение к любым типам используемых природных ресурсов (например, снижение энергопотребления, расхода воды или природного сырья), а также сокращение объема производимых отходов (включая повторную переработку отходов, применение биоразлагаемых материалов и проч.). Это значит, что мы все понимаем, что природные богатства не безграничны, и все мы должны нести ответственность за место, в котором мы обитаем – будь то наш дом, город, страна или наша общая планета.

Поэтому навыки экологически ответственного поведения должны войти в стандартную подготовку любого работника. Кроме этого, важными становятся компетенции, связанные с lean & green мышлением – экономически выгодной экологизацией или бережливым производством. Бережливое производство – это управление производственным процессом, основанное на постоянном стремлении к устранению всех видов потерь, что предполагает вовлечение в процесс оптимизации бизнеса каждого сотрудника и максимальную ориентацию на потребителя.

Экологическое мышление как модель ответственного отношения к природе представляет собой частный случай ответственного глобального мышления, в рамках которого человек стремится взвешивать не только экологические, но и социальные и культурные последствия своих действий – поэтому в перспективе на этой основе ожидается переход к представлению об экологичности собственных действий вообще, а затем – к управлению экологией собственного сознания (осознанности) [3].
Тренд 5. Цифровизация
Цифровизация – постепенная миграция многих видов человеческой деятельности в сеть интернет, предоставляет массу возможностей не только для создания, хранения и доставки контента, но и для коммуникации и проектной деятельности между людьми. Цифровизация знаменует собой переход к обществу и экономике «информационной избыточности». К 2020 году следует ожидать наступления тотальной цифровизации – момента, когда вся человеческая культура окажется оцифрованной. На передний план выходит необходимость целенаправленной фильтрации информации и, как следствие, усиливается роль образования в формировании соответствующих компетенций. Навык эффективного поиска в сети интернет предполагает способность к рефлексии, способность построить обобщенный образ результата поиска и, исходя из него, сформулировать запрос. Развитие цифровых технологий меняет способы, которыми фиксируется, передается и создается знание, а также формируются навыки. Кроме этого, цифровые технологии меняют процесс оценки и фиксации достижений, процесс формирования собственной образовательной траектории, процессы в управлении учебными заведениями и проч. Цифровые технологии позволяют индивидуализировать образование без увеличения издержек на него.
Подробнее о цифровизации...
Цифровизация – постепенная миграция многих видов человеческой деятельности в сеть интернет, предоставляет массу возможностей не только для создания, хранения и доставки контента, но и для коммуникации и проектной деятельности между людьми. Цифровизация знаменует собой переход к обществу и экономике «информационной избыточности». Если до сих пор общество в целом функционировало в условиях информационного дефицита и важнейшей задачей практически в любой сфере деятельности был поиск качественной информации по соответствующим темам, то теперь проблема состоит в избытке разнокачественной информации, включая «информационный шум», по практически любому вопросу, в связи с чем на передний план выходит необходимость ее целенаправленной фильтрации и, как следствие, усиливается роль образования в формировании соответствующих компетенций.

К 2020 году следует ожидать наступления тотальной цифровизации – момента, когда вся человеческая культура окажется оцифрованной, причем любой человек сможет получить к ней доступ. Сегодня даже оцифрованные данные далеко не всегда свободно выложены в сеть, существуют правовые и финансовые ограничения по их использованию. К 2020 году прогнозируется принятие законодательных изменений, которые приведут к тому, что все прошлые знания человечества будут свободно доступны в сети. Новые знания при этом будут изначально создаваться в интернете. Таким образом можно говорить о точке всеведения – будет достигнута полная доступность знания в любой момент и в любом месте.

Доступный пользователю интернета объем информации меняет психические требования к работе с ней. В эпоху труднодоступной, редко обновляемой и тяжело распространяемой информации умение «помнить» и «знать» было незаменимым. В условиях повсеместно доступной и часто обновляемой информации на смену приходит потребность и связанные с ней умения правильно задавать вопросы и формулировать поисковые запросы. Навык эффективного поиска в сети интернет предполагает способность к рефлексии, способность построить обобщенный образ результата поиска
и, исходя из него, сформулировать запрос. Появляются специалисты, способные вне зависимости от предметной области за короткий срок обрабатывать большие объемы информации и выдавать на выходе целостный результат, готовый к применению.

Что значит данный тренд для образования? Развитие цифровых технологий меняет способы, которыми фиксируется, передается и создается знание, а также формируются навыки. Кроме этого, цифровые технологии меняют процесс оценки и фиксации достижений, процесс формирования собственной образовательной траектории, процессы в управлении учебными заведениями и проч. Цифровые технологии позволяют индивидуализировать образование без увеличения издержек на него.

Платформы массовых открытых онлайн курсов, являясь интеграторами услуг и потребностей классических образовательных учреждений, стремительно захватывают глобальный рынок образования. Они становятся его лидерами и начинают определять политику в данной области. Рост баз данных, индивидуальных профилей студентов и преподавателей – это источник данных для создания все более эффективных алгоритмов проектирования индивидуальных образовательных траекторий, учета все большего количества факторов, влияющих на реализацию интересов всех участвующих сторон.

При развитии данного тренда возникает проблема единства образования как процессов обучения и воспитания. Функции обучения в значительной степени переходят к онлайн ресурсам. Сегодня образовательные учреждения как источники получения знаний не способны выдержать информационный натиск со стороны интернет ресурсов. Преподаватель, как источник актуальных знаний, не выдерживает конкуренции с постоянно обновляющейся информационной средой. Между реальностью обучающегося (находящегося онлайн 24 часа в сутки 7 дней в неделю) и реальностью преподавателя (инструменты, формы, содержание образовательного процесса) возникает разрыв. Нет сомнения в том, что процесс быстрого роста качества образовательных онлайн услуг будет развиваться и в дальнейшем. Соответственно, качественная информация станет приобретаться из открытых (причем глобальных) интернет источников. Это ставит под сомнение возможность эффективной работы связки «образование-воспитание» в рамках перестающего быть единым и целостным образовательного процесса [3].
Тренд 6. Распространение системы ценностей сетевой культуры
Распространение сетевых практик в жизни, новых принципов взаимодействия между субъектами, основанных на предельной информационной прозрачности. Рост доли обменов, построенных на немонетарной логике. Проводя время в сети, пользователь оставляет цифровой след, доступный для анализа аналитическими программами. Совмещаясь с технологиями обработки «больших данных» (Big Data), это порождает «новую искренность», когда каждому доступна полная информация о другом человеке в реальном времени. Возникает новый тип экономики, основанный на сетевом, коллективном взаимодействии, отсутствии централизованного управления, контроля, привычных механизмов защиты интеллектуальной собственности, конкурентной борьбы в привычных формах, а также на непривычных системах мотивации. Возникает спрос на экономику заслуг, при этом предполагается, что чем больше человек делает для общего блага, тем большие социальные возможности он должен приобретать. Проиллюстрировать влияние ценностей сетевой культуры на образование может формат самоорганизующейся школы, в которой преподаватели и обучающиеся собираются по принципам краудсорсинга и между ними отсутствуют жесткие социальные границы.
Подробнее о распространении системы ценностей сетевой культуры...
Распространение сетевых практик в жизни, новых принципов взаимодействия между субъектами, основанных на предельной информационной прозрачности. Рост доли обменов, построенных на немонетарной логике.

Проводя время в сети, пользователь оставляет цифровой след: факты выбора страниц и товаров, его лайки, комментарии, фотографии, места посещения, круг общения, результаты онлайн тестов, а также биометрические показатели с носимых устройств – все эти данные доступны для анализа владельцам онлайн площадок (поисковики, социальные сети, онлайн магазины и проч.) и сторонним аналитическим программам. Совмещаясь с технологиями обработки «больших данных» (Big Data), это порождает «новую искренность», когда каждому доступна полная информация о другом человеке в реальном времени. В этом случае обмен информацией, формирование навыков, совместная работа и обучение становятся намного более эффективными, поскольку под них «подкладываются» объективные данные об участниках коммуникации.

Возникает новый тип экономики, основанный на сетевом, коллективном взаимодействии, отсутствии централизованного управления, контроля, привычных механизмов защиты интеллектуальной собственности, конкурентной борьбы в привычных формах, а также на непривычных системах мотивации. Коллаборация часто развивается поверх национальных границ, географических и этнических самоидентификаций. Позже сетевые социальные взаимодействия выходят из пространства виртуальности, становясь стандартом и для обычной, физической жизни.

Поскольку разнообразие таких взаимодействий для каждого отдельного человека неуклонно растет, возникает спрос на экономику заслуг. Она позволяет зафиксировать проявления, которые неточно выражаются в денежном эквиваленте или вовсе не могут в нем выражаться, например, проявления доброты и сострадания, творческая оригинальность, искренность или, напротив, негативные человеческие качества. При этом предполагается, что чем больше человек делает для общего блага, тем большие социальные возможности он должен приобретать. Для запуска экономики заслуг необходимы модели оценки репутации, так как именно они наделяют участников этой экономики первичным «капиталом заслуг». Модели оценки репутации – это количественные модели отслеживания репутации человека, они начинаются с репутации в социальных сетях и продолжаются перекрестным отслеживанием репутации «в жизни». Так, например, модель оценки репутации, реализованная в профессиональной сети LinkedIn, позволяет членам социального графа того или иного человека подтвердить наличие у него профессиональных компетенций.

Проиллюстрировать влияние ценностей сетевой культуры на образование может формат самоорганизующейся школы, в которой преподаватели и обучающиеся собираются по принципам краудсорсинга и между ними отсутствуют жесткие социальные границы. Новый формат обучения – самоорганизующаяся школа – возникнет на пересечении нескольких тенденций, заметных уже сегодня.

Во-первых, кризис традиционной системы образования заставляет искать новые формы, позволяющие получить знания, навыки и опыт, которым в обычной системе не уделяют должного внимания. Это могут быть любые компетенции, не укладывающиеся строго в рамки конкретной дисциплины, расположенные между ними, находящиеся вне фокуса обычных школ и вузов. Потенциальное разнообразие компетенций огромно, но число предметов ограничено.

Во-вторых, образование будет становиться все более ориентированным на практику, на умение не только усвоить знание, но и применить его в той или иной ситуации. Это также создает запрос на новые форматы, где учиться можно напрямую у работающих специалистов, а не учителей-трансляторов.

В-третьих, в последние годы можно наблюдать неуклонный рост самоорганизации и крауд-активности в разных сферах. Краудсорсинг (англ. crowdsourcing, crowd – «толпа» и sourcing – «использование ресурсов») – это привлечение к решению тех или иных проблем инновационной производственной деятельности широкого круга лиц для использования их творческих способностей, знаний и опыта по типу субподрядной работы на добровольных началах с применением информационно-коммуникационных технологий. Для миллионов людей коллективные, распределенные взаимодействия, направленные на решение общей задачи, стали популярным способом получить опыт, знание или товар.

В-четвертых, развитие технологий позволяет автоматизировать все больше функций и задач. Сеть дает возможность людям найти друг друга и взаимодействовать. Системы обработки больших данных – строить образовательные траектории, сопровождать процесс обучения с необходимой детализацией, персонифицировать его.

Складывая вместе эти тенденции, получаем формат, где люди собираются в одном пространстве сети, чтобы учить друг друга. Не дожидаясь, пока официальная система введет преподавание новой востребованной компетенции, человек сможет обратиться в крауд-школу и получить ее там. В свою очередь, он может научить другого пользователя тому, в чем разбирается сам. Очень быстро в таких школах выделятся лидеры – те, кто умеет объяснять, кто обладает богатым опытом и самыми нужными компетенциями [3].
Тренд 7. Индивидуализация образования и компетентностный подход
Формирование индивидуальных траекторий обучения под запросы заказчиков. Во-первых, растет число осознанных студентов (автодидактов), которые сами в состоянии сформулировать свои цели обучения и необходимый набор компетенций. Во-вторых, растет спрос со стороны работодателей на специалистов, обладающих определенным и подтвержденным набором компетенций. В-третьих, «внесистемные» игроки уже сейчас предлагают индивидуализированные образовательные продукты, отвечающие запросам обучающихся и работодателей. Информационные технологии позволяют вернуть индивидуальный подход в центр образовательного процесса и, в силу своей доступности, позволяют сделать его массовым. Единым основанием индивидуальных форм обучения становятся модели компетенций. Здесь
мы говорим о компетентностном подходе к образованию, когда основным итогом обучения становится не приобретенная квалификация, записанная в дипломе, а профиль индивидуальных компетенций обучающегося, полученных им как в учебной, так и во внеучебной деятельности. Появление работающих моделей компетенций сделает процесс получения образования более управляемым как со стороны студента, так и со стороны работодателей.
Подробнее об индивидуализации образования
и компетентностном подходе...

Осуществляется дальнейший рост индивидуализации во всех сферах человеческой деятельности – от производства до культуры. С точки зрения образования – это значит формирование индивидуальных траекторий обучения под запросы заказчиков. Во-первых, растет число осознанных студентов (т.н. автодидактов), которые сами в состоянии сформулировать свои цели обучения и необходимый набор компетенций. Во-вторых, растет спрос со стороны работодателей на специалистов, обладающих определенным и подтвержденным набором компетенций. В-третьих, «внесистемные» игроки уже сейчас предлагают индивидуализированные образовательные продукты, отвечающие запросам обучающихся и работодателей. Жестко сформированные, усредненные образовательные программы вузов не отвечают данному вызову.

С глубокой древности образование строилось как процесс индивидуального взаимодействия между наставником и наставляемым, однако в индустриальную эпоху произошла перестройка образовательных подходов на «массовую обработку человеческого материала». Информационные технологии позволяют вернуть индивидуальный подход
в центр образовательного процесса
и, в силу своей доступности, позволяют сделать его массовым. Осуществляется переход к персонализированной образовательной траектории, опирающейся на открытые образовательные ресурсы (MOOC-платформы и проч.) и соответствующие подходы к оценке результатов обучения.

Единым основанием индивидуальных форм обучения становятся модели компетенций, позволяющие переходить к обучению на протяжении всей жизни. Здесь мы говорим о компетентностном подходе к образованию, когда основным итогом обучения становится не приобретенная квалификация, записанная в дипломе, а профиль индивидуальных компетенций обучающегося, полученных им как в учебной, так и во внеучебной деятельности. Компетентностная модель диплома подразумевает, что компетенция рассматривается как единица измерения результата образовательного процесса. Развитие компетентностных подходов в образовании вызвано стремлением усилить корреляцию между подготовкой, получаемой в вузе, и требованиями рынка труда. Основная задача диплома компетенций состоит в том, чтобы он отражал полный набор компетенций, полученных учащимся на протяжении всего срока обучения, а не только фиксировал академические достижения по итогам экзаменов. При такой модели диплом будет содержать сведения не только об информированности выпускника, но и о навыках, проявленных во внеучебной деятельности. Он будет отражать способности ученика решать проблемы, возникающие в познании, профессиональной деятельности, коммуникации. При этом данные компетенции должны быть измерены и подтверждены.

Поскольку профессиональная сфера также становится местом получения новых компетенций (т.е. образовательным пространством), то процесс развития стоит описывать как образовательно-карьерные траектории, где образование создает предпосылки для карьеры, а карьера задает предпосылки для дополнительного образования. Таким образом, личный профиль компетенций будет создаваться, достраиваться и применяться на протяжении всей жизни и во всех ее сферах.

Актуальным становится формирование карт компетенций под конкретные направления подготовки и профессии, которые должны стать образцом для обучающихся при составлении своих индивидуальных образовательных траекторий. Особое место здесь должны занять т.н. «пути героев» – карты компетенций и образовательные траектории, составленные на примере конкретных успешных людей в своей области. Аналогом данного формата сегодня могут быть истории успеха известных людей или профессиональные платформы, такие как LinkedIn, которые содержат большой объем постоянно обновляемых данных о карьерных траекториях людей. С приходом автоматизации на основе обработки этих данных и кейсов других людей, появятся образовательные и карьерные траектории, которые смогут выступать в качестве инвестиционного продукта. Купив такую траекторию, пользователь сможет узнать, какое образование и опыт работы необходимо получить, какими компетенциями обладать, а также какие проекты завершить и т.д., чтобы стать специалистом определенного уровня, например, авиаконструктором в компании Boeing (на базе анализа карьерных траекторий всех авиаконструкторов компании).

Развитие инструментов индивидуализации будет создавать огромные возможности для той части студентов, которые готовы предъявлять осознанный спрос на образование (т.н. автодидактов). Растущий спрос на аутентичность – поиск возможностей двигаться по своему уникальному маршруту жизни, ориентируясь на собственные глубинные интересы и стремясь максимально раскрыть свой творческий потенциал – уже становится значимым социальным явлением, и «живое» образование будет все более мигрировать именно в сторону форм, связанных с развитием аутентичности, возвращая учительству его первоначальное содержание и смысл. Часть инструментов, которые сегодня воспринимаются в качестве развивающих персональные качества или чисто психотерапевтических, по мере развертывания парадигмы «обучения в течение всей жизни», будет интегрировано в единую систему развития индивида.

В перестройке существующей образовательной инфраструктуры в сторону индивидуализации у обучающихся есть сильный союзник – бизнес, заинтересованный в привлечении новых талантов. Уже сейчас на эту задачу работает ряд инструментов,
от личного портфолио работ с рекомендациями и описанием ключевых умений до индивидуальных профилей компетенций по внутрикорпоративным моделям и электронных портфолио учебных заведений. Главный вопрос состоит в том, как сделать эти данные отчуждаемыми от конкретных образовательных учреждений, работодателей и отраслей. Переход к дипломам компетенций – следующий естественный шаг в развитии инфраструктуры образования и рынков труда. Появление работающих моделей компетенций сделает процесс получения образования более управляемым как со стороны студента, так и со стороны работодателей [3].
Тренд 8. Прагматизация образования
Ориентация образовательных учреждений на запросы экономики и общества, формирование образовательных программ на основе актуальных запросов работодателя, развитие практикоориентированных исследований. В новом образовании становится всё более важно получать образование из первых рук, как непосредственную передачу практического опыта, это влечет за собой необходимость обеспечить работу обучающихся в командах над реальными проектами по решению реальных проблем с привлечением экспертов и менторов из сообществ практики (профессиональных сообществ). Преподаватели-представители работодателей являются носителями самых современных компетенций и знаний в своей области. Корпорации инвестируют в сферу образования в рамках переподготовки своих сотрудников, применяя нестандартные подходы, в том числе кейс-метод, симуляторы профессиональной деятельности, системы дополненной реальности и т.п. Такое образование гораздо сильнее ориентировано на практические навыки решения задач, на реальные условия рабочей деятельности. Образование все больше воспринимается как нематериальный инвестиционный актив, процесс формирования, фиксации и капитализации которого нужно сделать максимально управляемым.
Подробнее о прагматизации образования...
Ориентация образовательных учреждений на запросы экономики и общества, формирование образовательных программ на основе актуальных запросов работодателя, развитие практикоориентированных исследований. В условиях гиперконкуренции бизнес начинает приходить в образование и искать таланты на самом раннем этапе. Неудовлетворённость работодателей образованием, которое дают академические структуры, приводит к развитию различных форматов «взаимопроникновения» бизнеса и учебных заведений. Корпорации инвестируют в сферу образования в рамках переподготовки своих сотрудников, применяя нестандартные подходы, в том числе
кейс-метод, симуляторы профессиональной деятельности, системы дополненной реальности и т.п. Такое образование гораздо сильнее ориентировано на практические навыки решения задач, на реальные условия рабочей деятельности.

В новом образовании становится всё более важно получать образование из первых рук, как непосредственную передачу практического опыта. Знания, транслируемые учебными планами традиционной системы образования, устаревают все быстрее. Это связано с ускорением изменений в технологиях и социальных практиках. В силу возросшего разрыва между навыками, получаемыми в вузах, и компетенциями, ожидаемыми работодателями, бизнес-сообщество сближается с системой образования. Одним из таких проявлений служит увеличение числа преподавателей, пришедших из бизнеса. В отличие от системы образования, которая не всегда оперативно обновляет учебные программы, бизнес не может себе позволить отстать от конкурентов в освоении новых практик, иначе он просто исчезнет. Поэтому преподаватели-представители работодателей являются носителями самых современных компетенций и знаний в своей области. Крупные корпорации продолжают разрабатывать новые инструменты интеграции образования и бизнеса для решения собственных задач развития. Одним из удобных инструментов становится трансляция реальных задач корпораций в образовательные учреждения в виде кейсов и соревновательных форматов.

На смену традиционным образовательным технологиям приходят симуляторы профессиональной деятельности. Те сферы, где раньше применялись обычные образовательные технологии, переживают трансформацию: лекции, семинары и другие мероприятия физического присутствия сменяются эффектом присутствия. Если раньше подобные технологии использовались исключительно в подготовке летчиков, водителей и некоторых других профессий, то теперь область внедрения симуляторов распространяется повсеместно. Преимущества технологии: низкие затраты, высокая эффективность, безотрывный формат обучения и безопасность эксплуатации.

Сегодня образование совершается в аудиториях, никак не затрагивая мир и общество за их пределами. Изменения происходят в психике учеников, но не в физической реальности. Однако развитие многих компетенций, особенно
из области «мягких компетенций» (soft skills), включающих в себя лидерство, командную работу, фасилитацию и проч., невозможно только в рамках усвоения знаниевого компонента дисциплин. Это влечет за собой необходимость обеспечить работу обучающихся в командах над реальными проектами по решению реальных проблем с привлечением экспертов и менторов из сообществ практики (профессиональных сообществ) по направлению проекта. Сегодня так работает проектный метод бизнес-школ, когда участники учатся создавать бизнес и в процессе обучения его действительно создают. Такой подход можно распространить повсеместно, тогда потребители образовательных услуг станут активно влиять на процессы в окружающем мире (разрабатывая технологии, производя товары и услуги, меняя среду и т.п.).

Также на прагматизацию образования влияют следующие факторы. Во-первых, образование все больше воспринимается как нематериальный инвестиционный актив, процесс формирования, фиксации и капитализации которого нужно сделать максимально управляемым. Уже сейчас существует ряд финансовых инструментов для инвестиций в собственное и чужое образование, и ясно, что эту сферу в ближайшие годы ждет бурное развитие. Во-вторых, развитие социальных медиа вносит значительный вклад в совершенствование систем экспертной оценки образовательных материалов. Независимая сертификация образования становится столь же неотъемлемой частью среды и репутации вузов, насколько независимый аудит является частью современной корпоративной культуры ведущих международных компаний. Результаты экспертной оценки публикуются на страницах образовательных учреждений в сети интернет, социальных сетях и других новых медиа. В условиях гиперконкуренции образовательные учреждения втянуты в острую борьбу за внимание потребителей их контента [3].
Тренд 9. Образование в течение всей жизни
В современной модели, когда многие профессии устаревают менее чем за 10 лет, а ожидаемая продолжительность жизни в развитых странах превышает 80-90 лет, профессионал за время своей карьеры проходит несколько циклов подготовки-реализации навыков. Быстрая смена информационного и технологического фона приводит к тому, что образование становится постоянным, сопровождая человека всю его жизнь, от рождения до смерти. Доля сегмента образования, называемого сегодня поствузовским, уже в ближайшем будущем в разы превзойдет долю традиционного довузовского и вузовского сегментов. Возникнет феномен всевозрастного образования. Запрос на переподготовку в связи с быстро меняющимся профессиональным ландшафтом и социальным давлением со стороны взрослой аудитории значительно возрастет. Возникновение «экономики пожилых», одновременно обеспечивающей вовлечение пожилых людей в трудовой процесс и сохранение их доходов в ситуации кризиса пенсионных систем, приведет
к распространению образовательных технологий, ориентированных на переобучение пожилых, причем как на базе имеющихся компетенций, так и радикально новых.
Подробнее об образовании в течение всей жизни...
Индустриальная модель жизненного цикла специалиста постепенно отходит в прошлое. В этой модели основная масса инвестиций в подготовку производилась в первые 25 лет жизни в рамках школьного, профессионального и вузовского обучения. В современной модели, когда многие профессии устаревают менее чем за 10 лет, а ожидаемая продолжительность жизни в развитых странах превышает 80-90 лет, профессионал за время своей карьеры проходит несколько циклов подготовки-реализации навыков. Быстрая смена информационного и технологического фона приводит к тому, что образование становится постоянным, сопровождая человека всю его жизнь, от рождения до смерти. Знания постоянно обновляются, возникает потребность в новых компетенциях, появляются новые образовательные практики, растет роль человеческого капитала, образование проникает в развлечение и работу.

Доля сегмента образования, называемого сегодня поствузовским, уже в ближайшем будущем в разы превзойдет долю традиционного довузовского и вузовского сегментов. Возникнет феномен всевозрастного образования. Запрос на переподготовку в связи с быстро меняющимся профессиональным ландшафтом и социальным давлением
со стороны взрослой аудитории значительно возрастет. Возникновение «экономики пожилых», одновременно обеспечивающей вовлечение пожилых людей в трудовой процесс и сохранение их доходов в ситуации кризиса пенсионных систем, приведет к распространению образовательных технологий, ориентированных на переобучение пожилых, причем как на базе имеющихся компетенций, так и радикально новых.

Понятие студентов или учащихся станет размытым. Постоянно обучающиеся профессионалы получат возможность подтверждать приобретенные компетенции за счет сопоставимого уровня «баллов», получаемых за компетенции из различных взаимодополняющих дисциплин, почерпнутые из разных источников [3].

Акцент на актуальности данного тренда делается и в действующем законе «Об образовании в Российской Федерации», в котором понятие «обучение» определяется следующим образом: обучение – целенаправленный процесс организации деятельности обучающихся по овладению знаниями, умениями, навыками и компетенцией, приобретению опыта деятельности, развитию способностей, приобретению опыта применения знаний в повседневной жизни и формированию у обучающихся мотивации получения образования в течение всей жизни.
Тренд 10. Обучение команд
и проектно-ориентированное образование в сообществах практики
Из-за усложнения рабочих задач ключевой единицей новой экономики является не отдельный талантливый индивид, обладающий одним набором компетенций, а команда с компетенциями из различных сфер деятельности, способная выполнять функциональные или проектные задачи, где каждый участник отвечает за свой участок работы. На первый план выходят навыки распределения задач при решении сложных проблем. Новым и крайне важным пространством образования становятся сообщества практики (профессиональные сообщества). Сообщества выступают в этом смысле как пространства взаимного обучения, где ценный опыт каждого может быть использован другими к взаимному развитию. Развитие экосистемы MOOC (массовых открытых онлайн курсов) приводит к появлению новых типов со-организации студентов. Массовость курсов приводит к тому, что студенты объединяются в сообщества, чтобы помочь друг другу в обучении, как
в онлайн среде, так и в реальном мире. Рост числа коллективных образовательных процессов меняет и инфраструктуру образования. Пространства для обучения, работы, творчества и созидания обретают новые формы: коворкинги, хакспейсы, science-art лаборатории, фаблабы и проч.
Подробнее об обучении команд и проектно-ориентированном
образовании в сообществах практики...

Из-за усложнения рабочих задач ключевой единицей новой экономики является не отдельный талантливый индивид, обладающий одним набором компетенций, а команда с компетенциями из различных сфер деятельности, способная выполнять функциональные или проектные задачи, где каждый участник отвечает за свой участок работы. Наиболее масштабный заказ к образованию на подготовку команд предъявляют две группы игроков – коммерческие и государственные структуры. Основной заказ связан с формированием способности таких команд слаженно работать в текущих условиях, а также обеспечивать организациям продуктивное развитие.

Управление коллективными профилями компетенций постепенно осознается в качестве одного из инструментов работы с человеческим капиталом в целом. В итоге образование становится непрерывным, продолжаясь после получения диплома, зачастую оно идет в рамках команды и сосредоточено вокруг практической деятельности. Понимая важность командных компетенций, провайдеры вузовского и дополнительного образования стремятся сделать особый акцент на навыки командной работы. На первый план выходят навыки распределения задач при решении сложных проблем. Приоритетным потребителем контента и форматов совместных учебных практик становится взрослая аудитория, имеющая устойчивое понимание о том, каким образом командные компетенции будут применяться на рабочем месте.

Образование становится командным, основанным на взаимопомощи, на совместных проектах, на распределенных или сосредоточенных в одном пространстве рабочих группах, во множество которых включен проходящий обучение человек. Новым и крайне важным пространством образования становятся сообщества практики (профессиональные сообщества). Ядром сообщества является практическая деятельность, которая может быть организована в виде проекта или миссии. Новый участник учится преимущественно в деятельности, входя в рабочую группу проекта в соответствии со своими компетенциями – и постепенно осваивая новые (дополнительные) позиции.

Сообщество практики предлагает возможности для обучения в деятельности, горизонтального обучения (обмен опытом) и слабо-вертикального обучения (освоение стандартов и сертификация) – в отличие от жестко-вертикальных структур типа школ и университетов. Сообщества выступают в этом смысле как пространства взаимного обучения, «коллективные гуру», где ценный опыт каждого может быть использован другими к взаимному развитию. С появлением интернета в развитии сообществ практики произошел качественный переход, т.к. они больше не ограничиваются локальными сообществами и могут объединять практиков по всему миру, а сетевые инструменты позволяют организовывать процесс включения новых участников без прямого контакта.

Наиболее значимый обучающий эффект внутри сообществ имеет условно-горизонтальный перенос информации, помещающий опытных участников сообщества в позицию наставников или менторов. Именно на менторах, как правило, лежит системная работа по освоению практики новыми участниками сообщества, менторы являются проводниками в практику. По мере смены организации экономики и систем управления с вертикальных на сетевые, модель менторских отношений будет получать все большее распространение.

С развитием сетевых сообществ практики роль структур вертикальной трансляции знания будет существенно снижаться. Разумеется, будут оставаться индивиды-гуру мирового класса, которые будут выступать трансляторами уникального знания через формат MOOC (массовых открытых онлайн курсов) – но в большинстве случаев мы переходим к «коллективным гуру». В логике «коллективных гуру» каждый может выступать учеником и учителем, носителем ценного опыта и тем, кто может его воспринимать. Трансляция знания становится вспомогательным процессом образования,
а центральным процессом становится объединение «старших» и «младших» в развивающемся здесь-и-сейчас процессе совместной практики.

Развитие экосистемы MOOC (массовых открытых онлайн курсов) приводит к появлению новых типов со-организации студентов. Массовость курсов приводит к тому, что студенты объединяются в сообщества, чтобы помочь друг другу в обучении, как в онлайн среде, так и в реальном мире. Такие сообщества начинают непосредственно влиять на сам курс – студенты находят дополнительные материалы и делятся ими, обсуждают на форумах возникшие сложности и предлагают решения. По мере накопления критических масс людей, получающих образование в сети, будет происходить их со-организация в общности с типовыми (или близкими к типовым) образовательными траекториями. Набирая влияние, такие группы студентов будут заказывать образовательные траектории подготовки отдельных профессионалов и команд на рынках образования.

Рост числа коллективных образовательных процессов меняет и инфраструктуру образования. Пространства для обучения, работы, творчества и созидания обретают новые формы: коворкинги, хакспейсы, science-art лаборатории, фаблабы и проч. По мере того, как человек вытесняется техническим прогрессом из всех видов деятельности в пока недоступное машинам творчество, появляется все больше форм совместного творчества. Это подразумевает как специально подготовленную для этой деятельности инфраструктуру, так и саму деятельность, которая в этой инфраструктуре разворачивается [3].
Тренд 11. Геймификация образования
Игра – это способ достижения целей в совместной деятельности, разворачивающейся в специфических условиях по определенным правилам.
В игровом контексте большая часть культурных различий стирается, что позволяет людям с различной ментальностью, установками, ценностными ориентирами и прочими ограничениями достигать вместе более быстрых
(и эффективных) результатов. Растущий рынок развивающих игровых сред уже в ближайшие годы станет реальным конкурентом образовательной системы и потребует от учебных заведений насытить свою образовательную среду игровыми элементами, сделав их не менее интересными, но гораздо более образовательно функциональными. В ближайшее время игровые достижения начнут признаваться как образовательные результаты. Игровые формы оказываются одним из наиболее эффективных способов организовывать командную активность, стимулировать творчество и преодолевать шаблоны мышления – что поощряет «перепаковку» серьезной деятельности типа бизнеса или научных исследований в игру. В частности, на эту задачу работают симуляторы и виртуальные миры для совершенствования профессиональных навыков, а также геймифицированные среды для коллективной разработки, краудсорсинга идей и т.п.
Подробнее о геймификации образования...
Игра – это способ достижения целей в совместной деятельности, разворачивающейся в специфических условиях по определенным правилам. В игровом контексте большая часть культурных различий стирается, что позволяет людям с различной ментальностью, установками, ценностными ориентирами и прочими ограничениями достигать вместе более быстрых (и эффективных) результатов. В индустриальной системе игра была выведена в область досуга и спорта – большая часть образования до сих пор происходит крайне серьезно. В последние годы произошел взрывной рост интереса к играм, и геймификация начала становиться все более широкой практикой в образовании, социальных коммуникациях, R&D и других видах деятельности. По мере того, как процесс геймификации охватывает все больше сторон человеческой жизни – не только учебу или работу, но и здоровье или социальные взаимодействия, – можно сказать, что любая геймифицированная практика начинает превращаться в образование, поскольку внутри игры заложены представления о желательном и нежелательном поведении (т.е. оценка и самооценка), механизмы формирования навыков и самосовершенствования. Любые сферы жизни могут быть представлены в виде «длинных игр», в которых человек растет от стартовых учебных уровней к высшим уровням мастерства.

Растущий рынок развивающих игровых сред уже в ближайшие годы станет реальным конкурентом образовательной системы и потребует от учебных заведений насытить свою образовательную среду игровыми элементами, сделав их не менее интересными, но гораздо более образовательно функциональными. С проникновением дополненной реальности образовательные организации смогут без потери качества достраивать свои образовательные процессы многопользовательскими играми, организующими группы (часто – разновозрастные) вокруг разных типов заданий, а обучение будет происходить исподволь, в процессе решения задач. Основным форматом образования становится игра: в правила, сюжет и роли которой вплетена учебная деятельность, участие в которой формирует навыки, знания, умения и компетенции.

Кроме этого, в ближайшее время игровые достижения начнут признаваться как образовательные результаты. Если игры действительно становятся легитимной, массовой и несущей образовательную функцию деятельностью, если игроки проводят сотни часов, совершенствуя в игре навыки, которые нужны и в повседневности – то они должны отражаться в резюме. Вскоре игровой уровень в MMORPG может иметь при найме не меньшее значение, чем средний бал в вузе. Кроме этого, многопользовательские игры могут служить инструментом проверки навыков, и в течение 3-5 лет игры станут активно использоваться в образовании в роли учебных проектов и финальных экзаменов – особенно в МООС (в силу ограниченной возможности контакта и потребности в массовой оценке навыков). Для перехода к массовому образовательному зачету через компьютерные игры не хватает одного элемента – специалистов по переводу задач из существующих игр в практические компетенции, востребованные в сферах реального производства и услуг.

Образ жизни большей части детей и подростков уже связан с игрой и досугом с использованием электронных устройств. Поскольку игры занимают большое время жизни молодежи, можно предположить, что игра уже стала стандартом взаимодействия для большей части активного населения в прогрессивных и развивающихся странах. Игровые формы оказываются одним из наиболее эффективных способов организовывать командную активность, стимулировать творчество и преодолевать шаблоны мышления – что поощряет «перепаковку» серьезной деятельности типа бизнеса или научных исследований в игру. В частности, на эту задачу работают симуляторы и виртуальные миры для совершенствования профессиональных навыков, а также геймифицированные среды для коллективной разработки, краудсорсинга идей и т.п. На дальнем горизонте игры могут превратиться из вспомогательной деятельности в основную, и станут занимать значительную часть времени жителей развитых стран. Это уже не будет игровое оформление серьезной деятельности – скорее, серьезная деятельность будет постепенно интегрирована в игру как один из способов действия [3].
4
Несколько ключевых выводов, показывающих необходимость «пересборки» существующей
системы образования
Из представленных выше трендов можно сделать несколько ключевых выводов, показывающих необходимость «пересборки» существующей системы образования:
  • Развитие цифровых технологий меняет способы, которыми фиксируется, передается и создается знание, а также формируются навыки. Кроме этого, цифровые технологии меняют процесс оценки и фиксации достижений, процесс управления собственной образовательной траекторией, процессы в управлении учебными учреждениями и проч. Цифровые технологии позволяют индивидуализировать образование без увеличения уровня издержек на него.
  • Значительная часть новых решений для образования реализуется в виде технологических стартапов, которые высоко оцениваются инвесторами. В сфере образования стремительно возникают новые игроки, которые активно перетягивают на себя процессы подготовки, гибче и быстрее реагируют на потребности пользователей и при этом не регулируются национальными правительствами. На следующем этапе зрелые компании, которые возникнут из образовательных стартапов, могут начать покушаться на государственную образовательную повестку.
  • Экономическая динамика в промышленно развитых странах, связанная с интенсификацией конкуренции, быстрой сменой технологий и повышением экономической неопределенности, задает спрос на новые типы компетенций и новые формы подготовки. С одной стороны, растет спрос на работников, обладающих максимальной гибкостью и высокой креативностью, готовых к самостоятельному действию и командной работе, способных работать в разных культурах и с разными технологическими средами – то есть, меняются требования к базовому образованию. С другой стороны, существует спрос на высокоскоростное образование, которое готовит работников под узкий круг задач для данного рабочего места. С третьей стороны, все выше потребность в моделях сквозного обучения на протяжении всей жизни (life-long learning), позволяющих обеспечивать постоянное развитие персонала в соответствии с меняющимся кругом задач.
  • Образование все больше воспринимается как нематериальный инвестиционный актив, процесс формирования, фиксации и капитализации которого нужно сделать максимально управляемым. Уже сейчас существует ряд финансовых инструментов для инвестиций в собственное и чужое образование, и ясно, что эту сферу в ближайшие годы ждет бурное развитие.
  • Изменение ценностей в обществе предъявляет образовательной системе новый тип «человеческого капитала». С одной стороны – увеличивается доля учащихся, которые не имеют особого интереса к содержанию образовательного процесса. Главный вызов для образовательной системы – мотивировать таких людей учиться. Образованию приходится конкурировать с медиа за внимание студентов, что вынуждает делать образовательные программы более интерактивными, отсюда тренд на геймификацию образования. С другой стороны – увеличивается доля сознательных студентов, которые ищут «свой путь», понимают смысл саморазвития, готовы ставить собственные цели в этом процессе и не готовы брать «пакетные решения», предлагаемые университетами. Именно эти люди становятся главными потребителями индивидуальных образовательных траекторий, связывающих вместе области учебы, работы и личного развития [3].

Таким образом, традиционным образовательным организациям придется конкурировать не только с другими учебными учреждениями в глобальном масштабе, но и с «внесистемными» игроками, такими как образовательные стартапы и неформальное образование. Вузам необходимо оперативно меняться, включать новые формы и инструменты образования в собственную практику, чтобы сохранить конкурентное преимущество и «образовательный суверенитет».
5
«Путь ученика» в образовании 2035 года
В приведенных выше трендах мы постарались с разных сторон показать, как может выглядеть образование будущего – становящееся гораздо более технологичным, интернациональным, высокоиндивидуализированным, происходящим в сообществах практики и внутри игр. Образовательная система превращается в образовательную сферу, окружающую человека на протяжении всей его жизни. Все эти тренды не новы и довольно активно обсуждаются образовательным сообществом, однако в докладе «Будущее образования: глобальная повестка» они впервые объединены в понятную наглядную схему, изображающую «путь ученика» в образовании 2035 года:
Иллюстрация из доклада: «Будущее образования: глобальная повестка». Сайт: edu2035.org.
Модель образования на протяжении всей жизни определяет принципиальные компоненты новой образовательной конструкции, которые будут схоже выглядеть для детей дошкольного и школьного возраста, для молодых людей в начале карьеры, для взрослых, занимающихся саморазвитием и для пожилых людей, меняющих свое направление деятельности.

В центре этой универсальной конструкции стоит индивидуальная траектория развития, которая на этапе поздней школы и профессиональной деятельности является образовательно-карьерной траекторией, но вообще сопровождает человека всю жизнь. Маршрут этой траектории определяется целями образования, которые могут формироваться несколькими способами (исходя из мотивации и зрелости студента):
  • наиболее зрелые в личностном и социальном отношении студенты, настроенные на самообучение (автодидакты), способны самостоятельно определять цели своего развития и выстраивать под них свою траекторию;
  • другим вариантом (в ближайшее время наиболее массовым) является выстраивание личной траектории на основе «героических» моделей лидеров в профессиональной области или выдающихся личностей;
  • часть учащихся будет работать с наставниками, которые будут помогать выстраивать траектории с учетом своего опыта и личных особенностей ученика;
  • также никуда не уходит образование по заказу «старших» (родители для детей, работодатели для профессионалов).

На основе целей формируется целостная программа подготовки, включающая:
  • трек интеллектуального развития (формирование картины мира, обучение языкам, формирование логического и критического мышления; в более позднем возрасте – работа с предметным знанием, навыки специального мышления и пр.);
  • трек формирования социальных и управленческих навыков (навыки взаимодействия, сотворчества, лидерства и др.);
  • трек психофизиологического развития (не только занятия спортом, но и способность управлять своим телом и состоянием в различных ситуациях).

Эти треки будут выстроены не в «параллельной» логике, а сплетены в единый «клубок», позволяющий освоить знание-в-практике для решения практических задач и преодоления вызовов (когда, например, обучение в игровых средах одновременно развивает интеллектуальные, управленческие и психофизиологические способности).

Технологическая среда является активным партнером учащегося, поддерживая разные компоненты его образовательной траектории:
  • для работы со знаниями существуют онлайн курсы типа МООС и библиотеки знаний;
  • для работы с социальными и управленческими навыками – существуют различные тренажеры для командной работы и игровые многопользовательские образовательные среды типа MMORPG;
  • для психофизиологического развития существуют тренажеры психофизиологических состояний на основе устройств биологической обратной связи и нейроинтерфейсов;
  • кроме этого, есть технологические решения, которые сквозным образом фиксируют достижения ученика на протяжении всего образовательного процесса.

Образовательный процесс может происходить и в одиночку, но значительную его часть будет занимать совместное обучение с другими учащимися – в сообществах или семьях, а также в реальных организациях. Поэтому личные цели индивида в отношении образования должны быть синхронизированы с теми возможностями, которые есть в пространствах совместного обучения. Коллективное образование может быть организовано как совместная работа над реальными проектами в бизнесе, в социальной сфере или в искусстве – или как совместная игра. Одним из важных инструментов, связывающих между собой пространства коллективного образования (например, ролевые игры или проектные организации) и ученика, является биржа образовательных возможностей – где новые возможности образования предлагаются для продвижения командных целей в обмен на увеличение опыта и репутации ученика.

При этом набор используемых для обучения инструментов будет зависеть от стадии освоения материала – скорее всего, на этапе, когда ученик должен освоить вводные (базовые) знания и навыки, ему будет достаточно использовать автоматические инструменты обучения – например, набор онлайн курсов или тренажеров, которые он может проходить в одиночку или в группе таких же начинающих. На следующем шаге он может начинать работать (или играть) под руководством старшего наставника (например, принимать участие в качестве волонтера в исследовательском или прикладном проекте). Наконец, в какой-то момент ученик осваивает предмет в достаточной мере, чтобы стать равноправным участником сообщества практики, и с этого этапа его обучение в основном строится на обмене опытом при совместной работе с другими практиками.

Результаты или достижения фиксируются в разных формах:
  • изменение (приращение) профиля компетенций в ходе специальных образовательных сессий, прохождения игр или решения реальных задач (включая изменения мета-компетенций, связанных с «личным стилем» обучения);
  • личное портфолио (реальные и виртуальные артефакты, созданные в процессе обучения);
  • индикаторы репутации в виде перекрестной оценки «360 градусов» от товарищей, наставников, пользователей продукта, членов сообществ практики, «мастерских персонажей» в играх и просто сторонних наблюдателей. Все эти оценки работают, во-первых, на формирование корректного профиля компетенций (поскольку компетенция оценивается через ее проявления), а во-вторых – на репутационный капитал.

Кроме итогов обучения, может оцениваться (в т.ч. самим учеником) и качество образовательного процесса, включенность ученика в обучение и др. – как следствие, интеллектуальные образовательные системы могут делать образовательный опыт максимально вовлекающим, позволяя достигать высокой натренированности навыка или глубины знания.

Описанный цикл – движение от целеполагания через образовательную траекторию (индивидуальную или командную) к набору достижений при поддержке технологических решений – сопровождает учащегося всю жизнь [3].
6
Новая образовательная архитектура
и место образования в городском пространстве

Изменение модели образовательной деятельности меняет и требования к организации учебного пространства, а также к взаимодействию образовательных учреждений с окружающей их городской средой. Архитектура должна в первую очередь отталкиваться от представлений о том, какая деятельность будет разворачиваться внутри образовательного учреждения. Цифровое образование переформатирует, но не отменяет «живое» образование. Остаются нужны места для совместной практики, для творчества, для экспериментов и игр. А поскольку само образование все больше становится полем для экспериментов, то инфраструктура должна давать максимальную гибкость для проведения этих экспериментов. Просто и быстро модифицируемые внутренние пространства, мобильная мебель – все должно служить возможности собрать помещения любого размера для любых типов работы. Образовательные пространства должны легко обеспечивать «смешанные» формы работы, то есть должны иметь мультимедиа-оборудование, предоставлять свободный доступ в интернет и возможность подключиться к электрической сети всем обучающимся.

Внутри образовательного учреждения должно быть достаточно мест для отдыха, социализации и культурных обменов. Обучение все больше происходит не только внутри формальных занятий, но и внутри неформального взаимодействия преподавателей и обучающихся. Благоприятное стечения обстоятельств, дающее новый опыт и знания, присутствует в человеческой жизни, и для того, чтобы подобные обстоятельства чаще случались, нужны специально создаваемые «места благоприятных встреч», находящиеся на пересечении самых интенсивных человеческих и информационных потоков. Кроме этого, очень важно обеспечить внутри образовательного учреждения простые регламенты использования имеющейся инфраструктуры. Мобильность архитектуры и образовательных процессов должна поддерживаться мобильностью административных регламентов.

Образцы такой архитектуры есть уже сейчас, но это в первую очередь не кампусы вузов, а офисы ведущих ИТ-компаний. В частности, эти кампусы обладают не только модульностью, возможностью свободно и творчески использовать различные пространства для новых проектов, возможностью организации распределенной работы, а также возможностью свободно социализироваться и обмениваться идеями – они еще имеют высокую внутреннюю связность пространства, что позволяет перемещаться по всему кампусу не выходя на улицу.
«Точка кипения» – коворкинг центр Агентства стратегических инициатив
«ChangeLab» – бывший коворкинг центр СЗИУ РАНХиГС
Образовательные институты с древних времен были одним из центров притяжения внимания в городе, а иногда и целиком предопределяли его ритмы (как студенческие города типа Оксфорда, Болоньи, Парижа, Бостона или Томска). Однако со временем большинство университетов замкнулись в своих границах, их образовательные процессы рассинхронизировались с тем, что происходит в окружающем пространстве. Теперь образование не может больше игнорировать это взаимодействие. Некоторые ведущие университеты уже становятся «агентами изменений мира» с глобальными амбициями. Для большинства других учебных заведений предметом их внимания должен стать окружающий их город или регион – через свои учебные процессы и через вовлечение активных граждан в различные партнерства они могут становиться центрами местного развития. Эта возможность – изменить городское пространство через работу с образовательными процессами – может быть взаимно интересна и для администраций учебных заведений и для городов. Университет находится в городе, и город становится объектом эксперимента в университете [3].
7
Выводы для администраторов
образовательных учреждений: поиск своей ниши
Существующая образовательная система нуждается в радикальной перестройке, но она работоспособна, и поэтому будет происходить скорее ее постепенная перестройка изнутри и дополнение извне, чем полный ее демонтаж. Процессы в образовательной системе чем-то похожи на то, что сейчас происходит в электроэнергетике, где наступает эпоха «умных сетей». Аналогично индустриальным энергетическим системам, образование в 20 веке было построено преимущественно как система больших центров производства специалистов. Образование 21 века, аналогично «умным сетям», может быть выстроено на основе сетевых технологий как распределенная система обмена компетенциями. Однако на ближайшее поколение (20-25 лет) для поддержания и развития существующих социально-экономических систем нужно множество специалистов со стандартными квалификациями. Иными словами – индустриальная система образования будет давать «базовую нагрузку», которую «внесистемные» проекты нового образования еще достаточно долго не смогут обеспечивать (в т.ч. в силу социальной инерции).

Тем не менее, индустриальная система будет терять свою исключительность в качестве провайдера образования. Уже в 2020-е гг. набор внесистемных решений (местных и транснациональных) для образования в развитых странах будет достаточным, чтобы человек мог полностью пройти по траектории развития, аналогичной дошкольному, школьному и университетскому образованию, не посещая при этом ни детский сад, ни школу, ни университет. И подобно ситуации в новой энергетике, стоимость нового образования будет постепенно снижаться (по мере создания массовых решений и новой инфраструктуры), тогда как стоимость индустриального образования возрастает и будет возрастать (в т.ч. из-за возрастающих требований потребителей и возрастающей конкуренции за таланты).

Система индустриального образования во многом существует при поддержке государства, поскольку государство заинтересовано в определенном образовательном содержании – изучение национального языка, трансляция национальной культуры и ценностей, формирование гражданской лояльности и знания основ государственного устройства, а также формирование востребованных государством профессиональных компетенций. Скорость прихода нового образования будет связана со способностью новых решений выполнять дешевле индустриальной системы те функции, в которые инвестирует государство. В первой половине 2020-х гг. будут созданы первые прецеденты передачи массовых образовательных процессов от индустриальных провайдеров образования к сетевым.

Традиционные образовательные институты должны понимать, что время легкой жизни кончилось. Если парадигма образования в таких институтах и может поменяться, то это должно происходить сейчас. Конкуренция за обучающихся, преподавателей содержание и финансирование становится по-настоящему глобальной. В следующее десятилетие большинство университетов мира окажется перед вызовом: «сверху» на них давят «университеты для миллиарда», транслирующие наиболее конкурентное и востребованное массовым пользователем содержание, а снизу – давят «университеты для одного», предлагающие кастомизированные программы, полностью адаптированные под индивидуальные запросы и особенности ученика. Стратегия выживания будет выбираться каждым образовательным учреждением на свой вкус – но она в любом случае будет состоять в нахождении своего уникального качества, которое нельзя получить в цифровом образовании. Инерция в освоении новых практик или сопротивление приходу новой педагогики – самоубийственная стратегия, чреватая потерей конкурентного преимущества в образовательной сфере. Разумные образовательные организации не будут бороться с новым образованием, а будут использовать его в своих интересах.

Существующие системы образования будут все более сегментироваться в зависимости от своей готовности адаптироваться к изменяющимся требованиям.

Лидеры, освоившие практики нового образования и активно использующие их в своем образовательном процессе:
  • акцент на формировании и удержании своего уникального конкурентного преимущества: особой культуры и организационных компетенций учебного учреждения, а также возможности получения наставничества от лучших специалистов в своей области;
  • наличие у каждого ученика индивидуальной (асинхронной) образовательной траектории (включая прогнозную карьерную траекторию);
  • гибкая система оценки, ориентированная на поддержку мотивации и формирование компетенции самосовершенствования у самого ученика;
  • «культура эксперимента»: предоставление возможностей и ресурсов (в т.ч. времени) для индивидуальных и коллективных экспериментов в области образования, науки, искусства, социальной деятельности;
  • сквозная цифровая среда поддержки обучения и разработки программ;
  • гибкая архитектура образовательных учреждений, позволяющая реализовать большое количество образовательных форматов для индивидов и групп;
  • сильное сообщество внутри и вокруг учебного учреждения (в том числе – сильные связи с местным сообществом, бизнесом, властями и пр.);
  • совместные учебные процессы с семьями учеников и с носителями реальной деятельности.

Массовый сегмент, ориентированный на внедрение комбинации решений из традиционной и новой педагогики. Стратегия массового сегмента будет частично имитировать решения лидеров:
  • уникальное преимущество состоит в «нишевой» стратегии – либо концентрация на потребностях территории (университет будет становиться центром общественной жизни местного сообщества), либо концентрация на обслуживании целей отрасли промышленности или сектора экономики;
  • псевдо-индивидуальные траектории обучения (выбираемые из набора «брендированных» траекторий);
  • обучение – преимущественно в командах, работающих над творческими проектами при поддержке наставников;
  • «смешанная» педагогика с использованием значительного объема онлайн-курсов и игр;
  • использование социальных сетей для поддержки образовательного процесса внешними компетенциями;
  • партнерские программы с другими институтами, развивающие мобильность ученика, его знакомство с разными культурами страны и мира, умение работать в разных контекстах;
  • работа с сообществом выпускников (предложение услуг по дополнительному обучению, привлечение к собственным образовательным программам в качестве экспертов или преподавателей, привлечение к финансированию образовательных программ, участие в стартапах выпускников и проч.).

Кроме этого, массовым компонентом подготовки в университетах в ближайшие годы должно становиться обучение предпринимательским навыкам и мышлению. Университеты в принципе должны переходить к проектно-ориентированному обучению и постепенно превращаться в пространства предпринимательских экспериментов. Это означает, что для стартапов должна быть создана отдельная зона, как в архитектурном смысле, так и с точки зрения планирования образовательной нагрузки.

Наконец, «хвост» образовательных институтов:
  • институты, выполняющие быструю подготовку под профессиональные или общественные задачи – по сути, это комбинация «центров коллективного пользования» и учебных центров, на которых могут быстро разворачиваться программы подготовки;
  • институты, выполняющие преимущественно или исключительно функцию обеспечения социальной безопасности. Стратегия таких институтов будет включать: создание архитектуры и ИТ-среды, нацеленной на обеспечение безопасности и контроля за учениками; преимущественно цифровое образование и работа с кураторами для решения сложных задач и личных вопросов; специальные программы социальной адаптации для «трудных» учеников, в т.ч. в партнерстве с социальными движениями [3].

Примерно такую же систему сегментации вузов в нашей стране хочет выстроить Министерство образования и науки, запустив проект Российской национальной платформы «Открытое образование» (openedu.ru). Одной из задач реализации данного проекта является формирование в стране пула исследовательских вузов (вузы 1 порядка), которые будут готовить онлайн курсы по всем базовым дисциплинам для всех направлений подготовки. В регионах будут оформлены вузы 2 порядка (опорные), вносящие существенный вклад в кадровое обеспечение региональных экономик и имеющие узкоспециализированных преподавателей, при этом в качестве базовых дисциплин подобные вузы будут засчитывать онлайн курсы вузов 1 порядка. Всем остальным вузам достанется участь неких «сервисных и сертификационных центров», в которые обучающиеся будут приходить для потребления онлайн контента и верификации своих образовательных достижений.
~
Список использованной литературы
1. Эпоха «гринфилда» в образовании. Исследование Центра образовательных разработок Московской школы управления СКОЛКОВО (SEDeC), сентябрь 2013. skolkovo.ru/public/media/documents/research/education_10_10_13.pdf

2. Барбер М., Доннелли К., Ризви С. Накануне схода лавины. Высшее образование и грядущая революция // Вопросы образования. 2013. № 3. С. 152-231. vo.hse.ru/data/2014/08/04/1314334660/2013-3_Barber%20et%20al.pdf

3. Будущее образования: глобальная повестка. Доклад, подготовленный Агентством стратегических инициатив, Московской школой управления «Сколково» и Сколтехом в рамках глобального форсайта образования до 2035 года.
Сайт проекта: edu2035.org. Карта форсайта: map.edu2035.org. Краткий текст доклада: edu2035.org/pdf/GEF.Agenda_ru.pdf

4. Вызов 2035 / Агамирзян И.Р. и др.; Сост. Буров В.В. – М.: Издательство «Олимп–Бизнес», 2016. rvc.ru/upload/iblock/327/challenge_2035.pdf

5. Атлас новых профессий. Альманах перспективных отраслей и профессий на ближайшие 15–20 лет. Сайт проекта: atlas100.ru. Полный текст: atlas100.ru/upload/pdf_files/atlas.pdf
Форсайт (от англ. Foresight – взгляд в будущее, предвидение) – это социальная технология, формат коммуникации, который позволяет участникам договориться по поводу образа будущего, а также, определив желаемый образ будущего, договориться о действиях в его контексте.
Технологический уклад – это система сопряжённых технологий, обуславливающих принципиальные взаимосвязанные сдвиги в структуре экономики и общества, позволяющие говорить о возникновении нового общественного уклада.
Федеральный закон от 29.12.2012 N 273-ФЗ (ред. от 02.03.2016) «Об образовании в Российской Федерации». Статья 2. Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе.
Массовая многопользовательская ролевая онлайн-игра (англ. MMORPG) – компьютерная игра, в которой жанр ролевых игр совмещается с жанром массовых онлайн-игр. Основной чертой жанра является взаимодействие большого числа игроков в рамках виртуального мира.
IT – моя будущая профессия.

Цель проекта – популяризация IT-образования. На сайте в доступном формате собрана и представлена информация о профессиональных и образовательных возможностях в IT-индустрии. BUDUGURU создан стать эффективным инструментом для построения дорожной карты карьеры в IT. Проект реализует общественная организация РОЦИТ при поддержке Минкомсвязи.

Сайт проекта: buduguru.org
VUCA: с чем это едят и какая от этого польза? Натан Беннет, Джи Джеймс Лемуан. Harvard Business Review. Март 2014.
Эпоха «гринфилда» в образовании.

Исследование Центра образовательных разработок Московской школы управления СКОЛКОВО (SEDeC), сентябрь 2013.

Ознакомиться с полным текстом.
Накануне схода лавины. Высшее образование и грядущая революция.

Барбер М., Доннелли К., Ризви С. Накануне схода лавины. Высшее образование и грядущая революция // Вопросы образования. 2013. № 3. С. 152-231.

Ознакомиться с полным текстом.
Будущее образования: глобальная повестка.

Доклад, подготовленный Агентством стратегических инициатив, Московской школой управления «Сколково» и Сколтехом в рамках глобального форсайта образования до 2035 года.

Сайт проекта: edu2035.org.

Ознакомиться с картой форсайта.

Ознакомиться с кратким текстом доклада.
Вызов 2035.

Вызов 2035 / Агамирзян И.Р. и др.; Сост. Буров В.В. – М.: Издательство «Олимп–Бизнес», 2016.

Ознакомиться с полным текстом.
Атлас новых профессий.

Альманах перспективных отраслей и профессий на ближайшие 15–20 лет.

Сайт проекта: atlas100.ru.

Ознакомиться с полным текстом.
Made on
Tilda